Костанай
Истории нашего города

И сегодня мы видим то что завтра станет историей

Содержание материала

«Праздники бывают разные…». Идеология и пропаганда новой власти

С установлением советской власти из жизни города, из названий улиц, площадей, скверов исчезают имена людей, ассоциировавшихся с прежним царским режимом. Ещё в годы гражданской войны, началось присвоение имён, созвучных новой эпохе. В декабре 1920 года горрайкомом было принято решение о переименовании некоторых улиц, «…дав им названия более пролетарские…»214 В результате, улица Барабашевская стала улицей Тарана (в честь первого председателя уисполкома Лаврентия Тарана), Царская - улицей Толстого (в честь великого русского писателя Льва Николаевича Толстого), Ломачевского (в честь бывшего Тургайского военного генерал-губернатора) – улицей Повстанческой, 19 февраля (в честь принятия Манифеста об отмене крепостного права) – улицей 1 мая (в честь Дня Интернационала). Соборная площадь всё чаще именуется площадью Свободы, пригородный посёлок Константинович (названный в честь бывшего военного генерал-губернатора Тургайской области, одного из инициаторов строительства города А.П. Константиновича) в 1923 году назван «Красным Пахарем», а сквер у Михайловской площади утрачивает имя А. Ломачевского. Наиболее пострадала от переименований в начале 1920-х годов первая улица города – Большая. В официальных материалах и в народе она, по-прежнему, носила старое название, поскольку решения о переименованиях улиц часто затягивались бюрократическими структурами на неопределённый период, на деле же сначала стала улицей Пролетарской, затем Советской и, наконец, в 1924 году получила название в честь В.И. Ленина.

По традиции адресные справки отправляли жителей к прежним названиям улиц и домов с приставкой - бывшие. Пропаганда нового строя и её лидеров вносила решающий вклад в определение названий клубов, улиц и других достопримечательностей города. Так, в ноябре 1922 года решением собрания партийной ячейки 69 пешего дивизиона постановлено: «…именовать занимаемые казармы в доме быв. Стахеева 69 пешим дивизионом казармой т. Урицкого (С.М. Урицкий – один из организаторов октябрьского переворота, председатель Петроградской Чрезвычайной Комиссии, убитый в 1918 году эсером – С.С.)».215 Имя Урицкого также получил с 1 января 1923 года красноармейский клуб при дивизионе.216 В ноябре 1922 года название «Красный Ткач» приобрела только что организованная текстильная фабрика, мельницы (именуемые теперь просо-обдирочными заводами) приобретали звучные названия: «Повстанец», «Красное знамя», «Красный мукомол», «Красный труд», «Пролетарий», «Заря», «Коммунист»; пивоваренный завод (бывший Егорова) переименовался в «Парижскую Коммуну». «Это постановление о переименовании, - сообщалось в протоколе общего собрания пищевиков от 26 ноября 1922 года, - необходимо провести в жизнь в самом срочном порядке, чтобы не вышло так, как у Горсовета с переименованием улиц».217

Повальные переименования коснулись всей страны со смертью Владимира Ильича Ульянова-Ленина 21 января 1924 года. При жизни «вождь мирового пролетариата» противился героизации своей личности, после его кончины этот процесс стал важной составляющей официальной пропаганды: «В связи со смертью Владимира Ильича, - говорилось в феврале 1924 года в распоряжении Центрального исполнительного комитета СССР (высшего государственного органа советской власти), - с мест поступают заявления о переименовании городов, сёл, улиц, предприятий именем В.И. Ульянова (Ленина). Чтобы согласовать все эти переименования Центральный Исполнительный Комитет СССР воспретил делать какие бы то ни было переименования без предварительного разрешения на то президиума ЦИК СССР».218 Кроме центральной городской улицы, имя Ленина (либо Ильича) приобрела бывшая 1-я Советская больница, текстильная фабрика, ряд городских учреждений. «Губпрофбюро совместно с союзами выписало из Московской Художественной Академии девять бюстов Ленина, - писалось 21 августа 1924 года в газете «Красная степь», - из которых 1 бюст посеребрённый, 6 бронзированных и 2 из разных металлов».219 Образ Ленина теперь сопровождал жизнь страны, города, простых граждан, став важнейшим идеологическим атрибутом праздников, юбилеев, официальных мероприятий.

Первые советские праздники начали отмечаться в Кустанае ещё в годы Гражданской войны. В начале 20-х годов они уже носили массовый характер. «Табель-календарь за 1921 год», кроме воскресных, к нерабочим – праздничным дням относит: 22 января – День памяти жертв расстрела рабочей демонстрации 9 января 1905 года в Петербурге («Кровавое воскресенье» - начало революции 1905-1907 гг.); 12 марта – День низвержение самодержавия (начало Февральской буржуазной революции), 18 марта – День Парижской Коммуны; 1 мая – день Интернационала; 7 ноября – день Пролетарской революции. Как видно число исконно советских праздников было небольшим. К нерабочим дням, учитывая религиозность значительной части населения, согласно декрету Совнаркома от 17 июня 1920 года, относились десять дней православных праздников: Рождество (2 дня), Крещение; Благовещение, Пасха (2 дня), Вознесение, Духов день, Преображение и Успение.220 Количество выходных и праздничных дней сокращалось по сравнению с дореволюционным периодом в полтора раза, что вызывало недовольство у определенной части населения города.

Советский агитационный плакат 20-х годов. kolomensky._com
Советский агитационный плакат 20-х годов. kolomensky._com

Каждый советский праздник имел общие и специфические черты. Практически каждый из них сопровождался массовыми митингами, центральное место в которых занимали войсковые части. Празднование Первомая, по утверждениям ветеранов-революционеров Кустаная, начали отмечать ещё в 1918 году. Для проведения Дня Интернационала создавалась специальная комиссия из числа наиболее авторитетных членов местной ячейки РКП (б), которая разрабатывала и утверждала план проведения праздника. 212 Основной частью празднования являлось шествие членов партийного и профсоюзного движения, главных организаций и предприятий города, военных частей, милиции в организованных колоннах со знамёнами. Число участников – не менее 4-5 тысяч. Место сбора митингующих – площадь Свободы (бывшая Соборная). Особое место уделялось детям из детдомов и школ. С их участием на площади 1 мая 1923 организовывался проезд украшенных революционной символикой автомобилей. После окончания парада и театрализованного шествия перед собравшимися выступал председатель Губисполкома, затем демонстрация через главные улицы города отправлялась к братским могилам жертв антиколчаковских выступлений, где устраивался митинг. В течение всего дня в клубах, театре Карла Маркса проводились митинги, организовывались спектакли и концерты.222 Все официальные советские праздники использовали антирелигиозную риторику, основная критика которой приходилась на православную церковь и ислам (в городе проживало значительное число татар-мусульман).223 В последующие годы формат праздника мало изменялся, становясь всё более организованным и широкомасштабным.224

В День Пролетарской революции – 7 ноября – наряду с торжественными шествиями, организовывались многочисленные спектакли, беседы. К 5-летней годовщине приурочивались мероприятия, ставившие своей задачей снижение социальной напряжённости. Объявлялись амнистии различным категориям прес­тупников, за исключением «…тяжких контрреволюционеров, взяточников и само­гонщиков».225 Устраивались торжествен­ные обеды, на которых обсуждались «вопросы пролетарского строительства» и выражалась «благодарность» командному и руководя­щему составу воинских и гражданских организаций. Красноармейцы давали клятву охранять новый режим в борьбе с меж­ду­на­родной контрреволюцией, завершая её чествованием государственных вождей – Ленина, Троцкого, Зиновьева и пр.226 По примеру центральных городов к очередной годовщине октябрьских событий откры­ва­лись значимые социальные и промышленные объекты. 227

В День памяти жертв 9 января 1905 года на крупных предприятиях и других государственных учреждениях проводились митинги, зачитывались доклады, заканчи­вавшиеся пением «Похоронного марша» и «Интернационала» (гимна страны).228 Кроме официальных отмечался целый ряд других праздников, носивших как местный характер – День освобождения Кустаная от белогвардейцев (19 августа), так и общесоветский и международный статус – Международный юношеский день, 8 марта, День кооперации и т.д. 229

Н. Кузнецов – фотография 20-х годов (из семейного альбома Назаренко).  kostanay1879.ru
Н. Кузнецов – фотография 20-х годов (из семейного альбома Назаренко). kostanay1879.ru

Советские праздники с самого начала несли ярко выраженную антирелигиозность. Многие из них занимали промежуточное положение между важнейшими религиозными праздниками. Особо острый характер идеологическое противостояние носило в моменты, когда официальные советские праздники совпадали с религиозными. В дни революционных праздников запрещалась торговля пивом и другими разрешёнными к продаже спиртными напитками, запрещалось их распитие во время демонстрации и шествий по городу.230 Трудно поверить, что данное постановление выполнялось неукоснительно. Вместе с тем, религиозные празднования в официальных сводках представлялись пьяными гуляниями «…с песнями и гармошками».231 В среде атеистически настроенной советской молодежи возникали идеи проведения антирелигиозных праздников, допустим, так называемой «комсомольской пасхи», сопровождавшейся спектаклями, балами-маскарадами, игрой духового оркестра.232

В первое десятилетие советской власти были изданы акты о свободе вероисповедания. Однако в большинстве своём они носили декларативный характер. Священнослужители преследовались не только по религиозным, но и по политическим соображениям. Показывалась их духовная и идеологическая связь с белым движением: «…поп Каляпин (проживавший по улице Гоголя, дом 44 – С.С.) – «духовный слуга» Колчака».233

Несмотря на непрекращающуюся антирелигиозную критику, общее число религиозных праздничных дней в первой половине 20-х годов не изменилось. Сокращались лишь выходные дни в период православных праздников в пользу мусульманских. Кроме праздников общереспубликанского значения, по Кустанайской губернии на 1924 год утверждались следующие религиозные праздники: Благовещение, Пасха, Вознесение, Преображение, Рождество, Ураза, Курбан-байрам и Мавлюд-байрам.234 Переход к григорианскому календарю и особый религиозный календарь нередко вносили путаницу в определение точной даты праздничных дней. Один из читателей местной газеты возмущался по этому поводу: «…Купил я себе в Кустанае два календаря: один «Календарь сельского хозяина на 1924 год», издание Оренбургского Земельного Управления, а другой «Отрывной календарь» Госиздата. И вот по первому праздник «пасхи» - 27 и 28 апреля, а по второму 19, 20 и 21 апреля».235

1 января, несмотря на то, что к 1922 году окончательно приобрёл статус праздничного выходного дня, первое время не выдерживал своей конкуренции с Рождеством. Новый год скорее становился праздником официальных учреждений, а не самого народа. В новогодние праздники устраивались всевозможные аукционы, с целью сбора пожертвований, приурочивалось открытие клубов,236 в официальных учреждениях устраивались вечера с отчётами о проделанной работе, в детских домах проводились игры, спектакли, организовывались ёлки.237

Яростной критике подвергалась не только православная церковь, но и многочисленные христианские секты (евангельские христиане, баптисты и др.).238 Антирелигиозный характер приобретали показательные уголовные процессы. Как сообщала газета «Красная степь»: «В Губсуде на 15-е сентября (1923 года – С.С.) назначено дело 22-х евангелистов, обвиняющихся в расхищении государственного хлеба».239 Основное действие в них напоминало нынешние реалити-шоу с подставными персонажами. Такой вывод напрашивается, поскольку вход на эти процессы чаще всего оказывался платным. Вместо судебных органов, имеющих правомочия осуществлять правосудие, они проводились политработниками-красноармейцами, в рабочих клубах и т.д. 21 января 1923 года в клубе имени Урицкого при 69 пешем дивизионе «…был устроен показательный с агитационной целью полит-суд над священником, обвинявшимся в контрреволюционном заговоре, в выдаче в дни колчаковщины 5 коммунистов и их расстреле, в сопротивлении изъятию церковных ценностей и убийстве двух красноармейцев при изъятии. Суд проходил при открытых дверях. Присутствовали красноармейцы, а также и частные граждане. Допрос свидетелей, а также и обвиняемого при соблюдении всех формальностей, а также речи общественного обвинителя и правозащитника чётко нарисовали яркую картину поповской деятельности. Приговор суда «расстрелять» весь зал встретил аплодисментами».240 Искусственность формата заседания говорит сама за себя. Кстати, подобного рода «театрализованные» представления имели место по всей стране.

Мухамеджан Сералин – заместитель председателя Кустанайского губисполкома, редактор кустанайской газеты «Аул». ГАКО. Оп. 1-П.  Ед. хр. 456.
Мухамеджан Сералин – заместитель председателя Кустанайского губисполкома, редактор кустанайской газеты «Аул». ГАКО. Оп. 1-П. Ед. хр. 456.

Особое место в антирелигиозной пропаганде уделялось исламу.241 Одним из главных факторов её успешности признавалась возможность издания газеты на казахском языке, регулярный выпуск которой был налажен с сентября 1923 года. В дни важнейших советских праздников организовывались митинги, как средство борьбы с «религиозным дурманом»: «1-го мая в Мужклубе состоялся митинг мусульман, привлёкший до пятисот человек. С докладом, разъясняющим истинное значение текущего поста мусульман и вообще о значении религии выступил т. Сералин».242

Согласно постановлениям советской власти регистрация браков, актов гражданского состояния передавалась из церковного ведения в установленные законом государственные органы – ЗАГСы. За нарушение постановлений на священнослужителей налагались штрафы.243

Агитация коммунистических идей, революционная символика, наряду с антирелигиозной пропагандой постепенно создавала образ нового человека советского