Костанай
Истории нашего города

И сегодня мы видим то что завтра станет историей

Содержание материала

Общественный и культурный облик города

Процесс становления и развития Кустаная совпал с эпохой капиталистической модернизации России, что во многом и определяло общественное лицо города.

Важной сферой общественной деятельности кустанайцев служили органы местного самоуправления: мещанская управа и городская дума. Приложением общественных сил оставались городское хозяйство и культурная сфера: озеленение города, коммунальные дела, открытие школ, библиотек, выставок, благотворительные заботы.

В этой связи следует упомянуть еще раз пользовавшиеся немалой популярностью у жителей «Отдел Комитета Попечительства о народной трезвости» (открыт в 1902 г.). Его деятельность выразилась в заведывании Народным домом, являвшимся одним из культурно-просветительных центров городской жизни, вполне доступным для всех слоев населения. Для него было сооружено приличное здание, которое и по сей день украшает своим видом центральную часть города. В нем помещались библиотека-читальня и зрительный театральный зал. В августе 1902 г. в присутствии военного губернатора А.А.Ломачевского при Народном доме состоялось открытие и освящение чайной Отдела попечительства, многие годы служившей своеобразным клубом для кустанайцев, где можно было прочитать газеты, обсудить новости, послушать музыку.

Народный дом служил тем местом, где с наибольшей отдачей могла проявить себя энергия немногочисленной интеллигенции. Именно ее усилиями здесь устраивались благотворительные и культурно-просветительные мероприятия, способствовавшие «нравственному и умственному развитию населения».

Дом купца, «виного короля Южного Урала» Корелла–Поклиевского, построенный в 1896-1909 годах, был подарен Кустанайской городской думе и известен как «Народный дом» (Дом Советов). В натсоящее время здесь располагается офис ГУ «Управления культуры акимата Костанайской области». г. Кустанай, 1970 г. ГАКО. Оп.1-П.Ед. хр. 2338.
Дом купца, «виного короля Южного Урала» Корелла–Поклиевского, построенный в 1896-1909 годах, был подарен Кустанайской городской думе и известен как «Народный дом» (Дом Советов). В натсоящее время здесь располагается офис ГУ «Управления культуры акимата Костанайской области». г. Кустанай, 1970 г. ГАКО. Оп.1-П.Ед. хр. 2338.

Народный дом становится популярным в среде простых кустанайцев. Хотя, нельзя не заметить, что при всей увлеченности и энтузиазме, заинтересованности и благородстве целей, проявленных представителями интеллигенции, Народный дом не мог выйти за рамки буржуазного просветительства. Лишь на короткое время бурных событий первой русской революции он становится местом митингов и массовых собраний. В этих условиях наиболее радикальная часть кустанайской интеллигенции (учителя Куликов, Колпаков, Перфирьев, Панков, Федоров, журналист С.Ужгин) пытались использовать его в целях политического просвещения народа, вызвав тем самым резкое противодействие местных властей. Когда в феврале 1907 г. член Государственной думы от Кустаная И.Ф.Голованов обратился к городской думе с просьбой поддержать «требования выборщиков уступить для собраний Народный дом», «Отдел о народной трезвости» (фактический хозяин помещения) не разрешил использовать его для подобных целей.

Имея в виду данный и другие эпизоды, корреспондент троицкой газеты «Степь» (скорее всего С.Ужгин) информировал читателя: «Здешнее попечительство о народной трезвости окончательно прекратило свою многотрудную деятельность и почило, сложа руки, от дел творения: закрыта дешевая столовая при чайной… Дурно обслуживает население и чахоточная библиотека с шараповскими газетами и прочими созданиями черной реакции. Очень редко даются на сцене Народного дома (но совсем не для народа) спектакли для сонных зрителей купцов-толстосумов … попечительство менее всего думает о просвещении народа». Упрек, видимо, справедлив, и продиктован он был, скорее всего, неприятием явно прочерносотенной позицией общества трезвости. Но ради истины все же заметим,- сам Народный дом, как носитель просвещения и культуры в городские массы, своего авторитета не уронил и даже в самых отсталых культурных окрестностях по-прежнему олицетворял собой передовое начало.

С Народным домом, да и не только с ним, связана одна любопытная подробность в культурной жизни Кустаная – в городе появились любители театрального искусства. Естественно, говорить собственно о театре, как о явлении профессиональном и репертуарном, не приходится – не сложились условия. Но потуги к этому имелись. Робкие, конечно же профессионально неумелые, они проявили себя в попытках познакомить кустанайцев с зрелищным искусством посредством устройства концертов и постановки спектаклей в любительской манере исполнения.

Насколько позволяют судить имеющиеся свидетельства, подобные общения с публикой предпринимались уже в 90-х годах Х1Х столетия. Любопытная информация промелькнула в газете «Тургайские областные ведомости». Сообщалось, что 14 ноября 1891 г. любителями пения под управлением В.Шмотина в пользу голодающих был дан концерт. Собранные 60 рублей (деньги вовсе не малые) переданы в Кустанайский Комитет о голодающих. Небольшая ремарка: «Посетившая публика состояла почти исключительно из служащих во главе с вице-губернатором. Печальным фактом явилось то, что кустанайские коммерсанты (за исключением 3-4-х) не сочли нужным посетить концерт…»

По свидетельству П.Ф Кияткина первые сценические постановки были профессионально бледны, постановщики подстраивались под вкусы непритязательного зрителя, предлагая ему простенькие мелодрамы и водевили, скетчи типа «Противотещин порошок», «Еврейский характер», «Кавказские ночи», «Графиня Эльвира» и другие репертуарные поделки.

С годами приобретался опыт, креп профессионализм, репертуар двигался в сторону серьезной драматургии: на сцену пришли пьесы Н.Гоголя, А.Островского, Л.Андреева и др. Вот несколько примеров. Январь 1903 г. В помещении Народного дома при большом стечении зрителей состоялся любительский спектакль по комедии А.Н.Островского «На бойком месте» и фарса Староусовского «50 рублей в один час». Журналист, сообщивший эту новость в восторге: «Роли любителями были разыграны прекрасно, спектакль прошел оживленно. Успеху его во многом способствовал распорядитель из местных любителей-знатоков театрального искусства Н.Н.Федоров». Кстати, Н.Федоров - учитель. Уточнение это не случайного порядка. Ведь сама постановка спектаклей, выбор репертуара и собственно игра – все это инициатива энтузиастов-любителей, как правило, учащейся молодежи, местного учительства, чиновников, т.е. людей, отнюдь не наделенных профессиональными качествами. Хотя, видимо, были и исключения.

Вот, например, в феврале 1909 г. артистами Питаевым-Пронским и Истоминым совместно с «любителями драматического искусства» организуется постановка спектакля в пользу Кустанайского детского приюта. Обратим внимание на то, что спектакль подготовлен артистами. Целиком вероятно – это были гастролирующие актеры.

В 1909 г. инженер Кастальский в своем доме стал практиковать показ немого кино. Через несколько лет на облюбованном неким Александровым месте был построен «электро-театр» «Фурор» (ныне здание областного драматического театра), и на зрителя обрушился коммерческий репертуар («Роман интриганки». «Под ножом гильотины», «Выпивка и закуска» и другая не менее «элегантная» программа) [41; №2]. А вообще, по свидетельству знатоков местной жизни, в городе популярными были бродячие цирки, гиревики, борьба и непритязательные балаганные представления.

4 апреля 1910 г. кустанайцы держали в руках первый номер своей газеты «Степные отголоски», где среди прочего материала можно было прочесть небольшую заметку под названием «Солдатские спектакли». В ней, между прочим, сообщалось, что в минувшую зиму на сцене зрительного зала Народного дома военнослужащими Кустанайской местной команды впервые поставлены два спектакля. Пьесы были подобраны на потребу провинциального вкуса из «народного быта», и, как можно судить по названию, незамысловатые по сюжету: «Домовой», «Бурка и чурка», «Жареный гвоздь», «Добрых дел мастер» и др. Поскольку спектакли ставились бесплатно, публика (а это была преимущественно учащаяся молодежь) едва вмещалась в зрительный зал. По свидетельству газеты «игра была весьма не дурная и живая», артисты поощрялись дружными аплодисментами. Немало труда, знаний и энергии вложили в подготовку спектаклей поручик В.Г.Григорьев и некий «кандидат» Н.М.Иконников [100;№1].

В предвоенные месяцы 1914 года Кустанай жил довольно интенсивной культурной жизнью. В городском саду играл духовой оркестр, устраивались массовые праздники. Об одном из них писала местная газета «Кустанайское степное хозяйство». Сейчас это событие воспринимается с некоторой улыбкой, но тогда оно вызывало у кустанайцев бурю восторга и эмоций. Заметка читается с интересом, а потому будет не лишним привести ее полностью:

«В пятницу 9 мая на площади около железнодорожной станции состоялся Сокольский праздник учащихся реального училища, женской гимназии, городского училища и русско-киргизской школы. Под оркестр духовой музыки из воспитанников реального училища под управлением капельмейстера оркестра вольной Пожарной дружины г.Святик, было исполнено несколько красивых гимнастических упражнений, а также состоялась игра в «футбол» и бег реалистов на дистанции в 50 и 100 саж. Номер «пирамиды», исполненный воспитанницами женской гимназии, отличался особенной картинностью» [41; №7].

В конце мая – начале июня 1914 г. в зале Общественного собрания прошло несколько «вечеров с танцами» и постановкой спектаклей под управлением режиссера Сысина. Газета не удержалась от замечания: «Эти вечера вносят в полусонную жизнь кустанайцев приятное разнообразие и разумное развлечение от жизненной дремоты».

В условиях уже начавшейся 1-й мировой войны горожане смотрели в исполнении любителей пьесу Леонида Андреева «Дни нашей жизни». Полученные от спектакля средства пошли на нужды местного дамского общества Красного Креста. Газета заметила одну странность,- на спектакле отсутствовали учащиеся средних учебных заведений, которые «всегда и везде придают юношеский колорит этому невинному развлечению». Можно догадываться – началась война …

Заметный след в жизни Кустаная оставила общественная организация под названием «Общество попечения о начальном образовании в Николаевском и Илецком уездах Тургайской области», устав которого утвержден 31 января 1891 г. Выступая 14 апреля на торжественном собрании при его открытии в Кустанае, инспектор школ Тургайской области А.В.Васильев, между прочим, обратил внимание на следующее: «Замечаемая всюду нищета, угнетение духа, неблагоустроенность как бы сами взывают о необходимости появления в нашем крае особого благотворительного общества, которое бы помогло развитию начального образования среди этой бедноты, поддержало бы среди них деятелей в пользу проведения высокой и чистой образованности среди меньших иноплеменных своих братьев» [101;№18].

В состав общества вошли весьма представительные фигуры, такие как военный губернатор Я.Ф.Барабаш, инспектор школ области А.В.Васильев, известный кустанайский деятель священник Василий Гиляров, врач М.К.Карабаев, представители от кустанайского предпринимательства, купечества и местной интеллигенции.

С начала возникновения общество имело «1.приют для призрения и религиозно-нравственного воспитания бедных детей..; 2.бесплатную народную читальню в Кустанае и 3.собственное здание, в котором помещается женская русская школа» [60;24 января].

Инициаторами многих благотворительных начинаний являлись представители духовенства. Распространяя свое влияние на различные стороны народной жизни, они под эгидой Общества устраивали пользовавшиеся популярностью у населения города общественные чтения и лекции, преимущественно в воскресные и праздничные дни осеннего и зимнего времени. «Для привлечения возможно большего числа слушателей, чтения и лекции сопровождались концертами, демонстрацией картин при помощи волшебного фонаря», - отмечалось в «Обзоре Тургайской области.

Особую активность и заинтересованность проявляли священники Ф.Соколов, В.Гиляров, П.Подбельский, учителя местных школ А.Х.Комаров, Г.В.Лазарев, Я.В.Щербаков, П.В.Мурашев, М.И.Чеканников, Н.И.Стрельцов, О.В.Килячкова,О.И.Белоусова,В.Н.Скорнякова, З.А.Смирнова, Р.П.Степанова, А.И.Белова. В лекциях и чтениях, проводимых ими, как правило, в Михайло-Архангельской церкви и в 1-м мужском церковно-приходском училище, преобладали религиозные и нравоучительные темы («Рождество Иисуса Христа», «Поклонение волхвов». «Бегство в Египет», «Сила молитвы» и др.). Детям особенно нравились познавательные лекции («Первобытные люди», «Фултон и Стефенсон», «Минин и Пожарский», «О детских болезнях», «Басни Крылова»).

Взрослые и дети с одинаковым интересом посещали занятия, что вовсе и не удивительно в условиях почти полнейшего информационного дефицита и отсутствия каких-либо развлекательных зрелищ. Сохранившиеся свидетельства отмечают массовость подобных мероприятий (от 300 до 500 человек за одно посещение), когда зачастую «аудитория не могла вместить всего числа посетителей». В 1911 г. только в одном Народном доме лекции и «другие развлечения» посетило 9350 человек.

Для того чтобы оценить результативность деятельности Общества попечения о начальном образовании, достаточно ознакомиться с работой Бесплатной народной читальни (библиотеки). Время сохранило некоторые сведения о ней. Но сначала вернемся к первым шагам кустанайской истории и вспомним при этом имя Ы.Алтынсарина. Так вот, он еще в 1881 г.предлагал учредить при школах и училищах библиотеки, книжные фонды которых могли бы использовать ученики, учителя и ранее окончившие школу для дальнейшего самообразования и распространения грамотности в степи.

Идея просветителя о создании упомянутой библиотеки нашла свою реализацию через десятилетие, когда по ходатайству инспектора школ А.В.Васильева и при поддержке военного губернатора министерство внутренних дел в лице начальника Главного управления по делам печати Е.М.Феоктистова, человека, кстати, весьма, образованного и умного, в 1892 г. утверждает Устав Кустанайской бесплатной народной читальни

К моменту открытия библиотеки в апреле 1892 г. было подыскано помещение в здании «церкви-школы», приобретена необходимая мебель, книги, к заведыванию приглашен один из членов общества, окончивший курс Оренбургского учительского института учитель Распопов. Для него и посетителей составлена инструкция с указанием срока посещения читальни в будни и праздничные дни.

С годами читальня богатела книгами и периодикой. Она могла предложить своим посетителям произведения Гоголя, Гончарова, Пушкина, Григоровича, Лермонтова, Толстого, Салтыкова-Щедрина, Чехова, Тургенева, Марлинского, Загоскина, С.Т.Аксакова и др. писателей. В 1894 г.на полках хранилось около 900 названий книг в 1593-х томах и довольно значительное число периодических изданий – газет и журналов. Благодаря сочувственному отношению к читателям со стороны редакций большинство из них поступало бесплатно и лишь незначительное число – за минимальную плату. Обращает на себя внимание тот факт, что значительное количество периодики было представлено изданиями религиозно-нравственного направления: «Мир Божий», «Русский паломник», «Церковно-приходская школа», «Странник», «Кормчий», «Свет», «Церковные ведомости», «Наставление и Утешение», «Оренбургские Епархиальные Ведомости». Получались и более светские научно-популярные издания, каковыми были «Исторический Вестник», «Нива», «Родина», «Неделя», «Русский Вестник», «Сибирский Вестник», «Сын Отечества», «Оренбургский край», «Тургайские Областные Ведомости», «Тургайская газета», троицкие газеты «Степь», «Степная молва», «Троицкий Вестник». А.Е.Алекторов в заметке «Что в Кустанае читают» дает интересную информацию. Оказывается, что кустанайцы получали 75 названий газет и журналов в 217 экземплярах. Самым востребованным изданием оказалась «Тургайская газета» (33 экз.) [49;№ 89].

С середины 90-х годов читальней заведовали самоотверженные энтузиасты - выпускник Казанской учительской семинарии учитель А.И Килячков и учительница О.П.Килячкова. Они составили каталоги библиотечного фонда, следили за аккуратным его использованием. Ежедневно по вечерам (с 5 до 8 час.) учителя приходили в здание «Церкви-школы», где в одном из классов собиралось от 50 до 100 человек, большей частью учеников старших классов и окончивших курс местных училищ. По свидетельству газеты, частенько посетителями, «жаждущими чтения» были «из простого рабочего класса», получавшие книги на дом бесплатно. Кстати, выдача книг на дом всем остальным практиковалась за определенную плату – 25 коп. в месяц [102;№30; 103;№5].

Если вернуться к «Обществу попечения о начальном образовании», то оно проявило себя и в других начинаниях. Видимо, стоит о них сказать несколько слов. Его поддержку ощущали малообеспеченные и просто бедные учащиеся школ Кустаная и уезда. Им выдавали пособия на уплату за право обучения, снабжали бесплатными учебниками, тетрадями, карандашами, перьями и проч. Окончившим 2-хклассное училище выдавалось пособие для поступления в Оренбургскую учительскую школу, откуда молодые люди возвращались в качестве учителей городских, аульных и волостных школ.

Общество содержало в Кустанае приют для мальчиков русских поселенцев, «живущих среди киргиз, во многих случаях одиночными семьями». На его средства содержался склад книг, учебных пособий и канцелярских принадлежностей [103;№5].

Когда-то Н.А.Добролюбов, говоря об особенностях общественной жизни провинциальных городов, отмечал: «Подумаешь, право, что в России везде, кроме столиц, люди спят себе и рта открыть не умеют, двух мыслей не свяжут, особенно на бумаге, А между тем это вовсе не правда: в провинциях-то и живут люди рассуждающие, серьезно интересующиеся наукой и литературой, с любовью следящие за современным направлением мысли» [104;с.631]. Присматриваясь к общественной физиономии таких провинциальных городов, как Оренбург, Кустанай, убеждаешься, насколько прав был критик. Вот суждение публициста и краеведа П.Столпянского: «Оренбург превратили в кабинет для чтения; оренбуржцы читают с увлечением, рассуждают, спорят, осуждают и одобряют прочитанное» [105;с.4].

Кустанай – не губернский Оренбург, это верно. И сравнения могут показаться не совсем корректными, но где-то параллели уместны – любителей чтения в Кустанае было предостаточно и все потому, что было это явлением времени. Примем вывод к сведению и тогда поймем, что тягу кустанайцев к чтению и общению с книгой одна читальня никак удовлетворить уже не могла. Что оставалось делать общественности города? Ходатайствовать об открытии городской общественной библиотеки. Важностью идеи прониклись и отцы города, решение их было на удивление быстрым и позитивным.

23 декабря 1894 г. Городское управление постановило: «образовать городскую общественную библиотеку и для этого ассигновать из городских сумм сто рублей». Выделенные средства пошли на приобретение книг, подписку газет и журналов. Для библиотеки отводилось помещение в здании Кустанайского общественного собрания [106;лл .54-54об.]. За пользование книгами, читальным залом и абонементом взималось плата; полученные средства шли на нужды библиотеки. Книжный и газетно-журнальный фонд в 1902 г. насчитывал 2697 томов и непрерывно пополнялся.

Дом купца Воронова, построенный в конце XIX  - начале XX века. В настоящее время здесь располагается Костанайская областная библиотека для детей и юношества по ул. Касымханова, 74. Фото Терновой Ю.О. г. Костанай, 2011 г.
Дом купца Воронова, построенный в конце XIX - начале XX века. В настоящее время здесь располагается Костанайская областная библиотека для детей и юношества по ул. Касымханова, 74. Фото Терновой Ю.О. г. Костанай, 2011 г.

Библиотека осуществляла значительную просветительную работу среди взрослых и детей: выставки книжных новинок, консультации читателей и регулярно проводимые чтения на различные научно-популярные темы. Постоянными лекторами чтений были священники П.В.Подбельский, В.Гиляров, И.П.Рожков, учителя школ города. М.Н.Греховодов (заведующий библиотекой, учитель Кустанайского педагогического класса) прочел цикл лекций о природе, учителя В.И.Гурылев и Ф.И.Овсянников – 8 «Общедоступных чтений из русской истории С.Соловьева», А.С.Попов Е.П. – провел беседы о творчестве Пушкина, Некрасова, Толстого. Много интересного о Колумбе, Кулибине и др. ученых и путешественниках рассказывала Е.П.Кияткина.

Революция 1905-1907 гг. пробудила культурно-интеллектуальный потенциал и общественную активность кустанайцев. Городское мещанское общество, не без соответствующего влияния кружка радикальных учителей, в марте 1907 г. на своем сходе постановило открыть бесплатную библиотеку-читальню.

Газета «Голос Приуралья» сообщала об ассигновании мещанским обществом 50 рублей на открытие библиотеки в доме Мещанской Управы, о принятии им выработанного ранее избранной комиссией «Устава» и о намерении ходатайствовать о его утверждении. Программные строки документа просятся в цитату. Приведем их: библиотека «имеет целью бесплатно обслуживать грамотное население, жаждущее печатного слова, но за бедностью не имеющее средств осуществить свое желание».

Приговор мещанского схода отправили в Областное правление. Стали ждать утверждения. Ждали несколько месяцев. За это время в Оренбург 12 мая был отправлен рапорт Кустанайского уездного начальника с резко отрицательным мнением о намерении открыть библиотеку. Здесь требуется цитирование: «Желание открытия в Кустанае при Мещанской управе народной бесплатной библиотеки-читальни, по-видимому, не столько принадлежит подписавшимся к приговору мещанам, сколько вышеупоминаемому кружку, задавшемуся целью более широкого распространения среди населения книг и брошюр революционного направления. Поэтому разрешение к открытию вышеупоминаемыми лицами названной библиотеки является очень не желательным и кроме вреда ожидать от нее ничего нельзя …»

В условиях поражения революции, как раз накануне роспуска II-й Государственной думы, 1 июня 1907 г. губернатор Тургайской области «не признал возможным разрешить им открытие народной библиотеки-читальни в г.Кустанае» [107;лл.4об.,7,18].

Небольшое примечание к теме сказанного. Довольно странным кажется тот факт, что являясь преемницей дореволюционных библиотек, сегодняшняя областная библиотека им. Л.Н.Толстого практически не сохранила (за редким исключением) их книжное и газетно-журнальное прошлое. Тщетно, например, искать в фондах библиотеки следы первых кустанайских газет (разрозненные остатки советских газет 20-30гг. сохранены лишь в фондах Областного архива). Хотя, если принять во внимание бурные исторические вихри, которые пронеслись над Кустанаем, ничего странного в сложившейся ситуации мы и не обнаружим. И все же…

Случилось так, что Кустанай замыслом своих создателей и ходом развития превратился в организующий центр массового переселенческого движения, давшего интенсивный толчок к пробуждению профессионального интереса к проблемам сельского хозяйства. Желание оказать научную и практическую помощь сельскому населению, убедило агрономический персонал уезда и членов Переселенческого управления в необходимости создания сельскохозяйственного общества. На первом учредительном собрании в феврале 1913 г. был утвержден устав и образовалась группа учредителей в составе 25 человек.

Члены землеотводной партии переселенческого управления на одном из участков. г. Кустанай, 1905-1907 гг. Фото из фонда Костанайского областного историко-краеведческого музея. г. Костанай, 2011 г.
Члены землеотводной партии переселенческого управления на одном из участков. г. Кустанай, 1905-1907 гг. Фото из фонда Костанайского областного историко-краеведческого музея. г. Костанай, 2011 г.

Общество возбудило ходатайство перед городской думой об отводе участка земли на устройство опытно-показательных сада, огорода и полевого участка. Городское самоуправление, осознавая пользу предприятия, отвело ему в 6-ти верстах от города 50 десятин выгонной земли, на которой весной 1914 произведены показательные посевы. Для нужд поля, сада и огорода приобрели живой и мертвый инвентарь. Существенная помощь оказывалась обществу Управлением Троицкой железной дороги. Организация имела своего секретаря-агронома, библиотеку, прокатные зерноочистительные пункты, улучшенные огородные и хлебные семена, осуществляла торговлю сельскохозяйственными книгами и т.д.

В обществе была создана атмосфера творческой активности, Проявляя особую заботу об агрономическом просвещении населения города и поселков, его члены, такие как И.Н. Стаховский и А.И.Неклеенов, систематически выступали с бесплатными лекциями на сельскохозяйственные темы, издавали пособия и справочники по различным вопросам организации и ведения хозяйства в местных условиях, разъезжали по уезду в целях сбора статистических материалов и оказания практической помощи крестьянам.

Стараниями и заботами членов общества в самый канун войны была устроена первая крупная выставка рогатого скота – факт весьма знаменательный в жизни огромного скотоводческого и земледельческого региона. «Крестьяне весьма интересовались вставкой и обещали на следующий раз привезти массу экспонатов», - делится впечатлениями корреспондент газеты. В планах на 1917 г. предусматривалось расширение опытного поля, увеличение и разнообразие инвентаря, постройка хозяйственного дома, увеличение количества рабочих и, что самое главное, возобновить издание газеты «Кустанайское степное хозяйство», прекратившееся в 1914 году [115;№28].

Убедительным аргументом роста авторитета общества служила широкая поддержка его начинаний со стороны различных слоев населения. Полагаясь на инициативу сельских учителей, священников, медицинский персонал, крестьянских начальников и всех частных лиц, общество призывало их к сотрудничеству, и принять на себя обязанности корреспондентов [41; №1]. Насчитывая в 1916 г. в своем составе 85 членов, сельскохозяйственное общество было заметным явлением в общественной и культурной жизни всего местного края.

Посильный вклад в общественную жизнь города вносили политические ссыльные. Уже само их присутствие, контакты с местными жителями оживляли и усиливали общественный настрой. По этому поводу весьма уместно сослаться на свидетельство отбывавшей ссылку в Кустанае эстонской революционерки Марие Эдер-Ежовой. Так вот, она писала: «Политических ссыльных в городе имелось около ста человек, и примерно столько же в окрестностях … Наряду с учебой и самообразованием большевики активно участвовали в местной общественной жизни, проводили разъяснительную работу среди трудящихся города. С ними мы установили хороший контакт». Эдер-Ежова вспоминает, какой большой резонанс имели похороны ссыльного студента Рамашвили: множество людей пришли проводить его в последний путь, пелись революционные песни. Похороны, превратившиеся в политическую демонстрацию, оказали свое определенное влияние на развитие протестного настроения в городе как раз накануне февральской революции 1917 г. [108;с.115-116].

Надо признать: общественная жизнь дореволюционного Кустаная, конечно же, не достигла того уровня развития, которое было характерно для многих городов центральной, да и не только центральной России. Не трудно заметить ее раздробленность, отсутствие единого общественного начала, фактическое отстранение основной массы населения от активной деятельности. Городской актив составляла сравнительно немногочисленная группа жителей, главным образом наиболее творческая часть интеллигенции.

В чем-то, видимо, прав был С.Ужгин, когда адресовал кустанайцам эти резкие слова в газете «Степная молва»: «…наш край остается в стороне общего течения … Больно, обидно и стыдно! Стыдно за нашу интеллигенцию, не будящую спящие силы к единению.., стыдно за всех тех, кто может, но не хочет звать «усталых» к новым подвигам на общественном поприще… У нас непочатый край такой работы, работы культурного строительства … Наш далекий край не осевок в поле. Он не может и не должен быть в стороне от общего подъема общественности …мы не только всем богаты, - богаты благами природы – но и ленивы. В этом – наш врожденный недостаток. Но надо его изжить …» [63;№4].