Костанай
Истории нашего города

И сегодня мы видим то что завтра станет историей

Содержание материала

Кустанай разросся и окреп.

Сначала очень веское замечание весьма солидного и ответственного труда под названием «Азиатская Россия». Так вот, сообщая о характере зауральских и сибирских городов (а Кустанай принадлежал именно к этому типу), авторы книги не приходили в особый восторг: просторные, с широкими, прямолинейными, не замощенными улицами и огромными площадями, с редко двухэтажными домами, убогими на окраинах, пыльными в жаркое время года и невозможно грязными в ненастье. «Заброшенные, неосвещаемые, лишенные водопроводов и содержимые как попало, - бытописует «Азиатская Россия», - они производили впечатление скорее крупных деревень, а отнюдь не благоустроенных городских центров» [38; с.290].

А теперь вернемся в Кустанай и познакомимся со свидетельством посетившего его в конце 80-х годов писателя В.Л.Дедлова (Кинг), сообщенного им читателям своих путевых заметок: «И страшный же это город, Кустонай! Целые недели по степи носятся бураны и затемняют солнце пылью. Выдуваемый ветром из чернозема песок наносится сугробами. День и ночь воет, визжит ветер в заборах, трубах и закоулках зданий, день и ночь стучит ставнями и стреляет железными крышами, вгибая и отпуская их листы. И решительно некуда деться от пыли, безлюдья и дичи этого города. Выйдешь к Тоболу, - он еще безобразней города. Выйдешь за город, - там голая степь, бесчисленные конусообразные черные кучи кизяка и несметное полчище ветряных мельниц, которые машут на вас своими крыльями, точно не пускают в степь и гонят назад в город. Вернешься, - опять безобразные мазанки и домишки, опять народ, который перенял арестантские манеры наглых и пьяных казаков «старой линии». Ни садика, ни газеты, ни телеграфа, ни хорошей церкви…» [22; с.53].

Что тут скажешь, вроде и прав писатель. Но процитируем еще одного автора, известного Оренбургского краеведа А.Е.Алекторова, его отклик на книгу В.Л.Дедлова. Итак, читаем: «В Кустанае г.Дедлов был четыре-пять лет тому назад, когда этот город насчитывал всего лишь восемь лет своего существования. Несколько странно требовать от такого молодого города садик, газету, телеграф и хорошую церковь; на разведение садиков требуются десятки лет; храмы на Руси создаются вообще медленно; что же касается газеты, то можно указать на очень многие губернские города.., которые не имеют доселе газеты,- об уездных же нечего и говорить» [39; с.320].

Дом бедняка.
Дом бедняка.
Дом зажиточного крестьянина.
Дом зажиточного крестьянина.
Дом средняка.
Дом средняка.
Кустанайские постройки конца XIX – начало XX в. Фото из фонда Костанайского историко-краеведческого музея. г. Костанай, 2011 г.

Не будем, однако, торопиться с обвинениями в адрес автора путевых заметок, а приведем еще несколько строк из его книги. Вот они: «… Когда-нибудь мы с вами, читатель, заберемся в Америку и тогда сличим американские Кустонаи с нашими». Не следует только отчаиваться, призывает автор кустанайцев, «заводите в Кустанае телеграф, школы, и газеты, закрывайте кабаки, не жгите Аров, разводите сады, не голодайте,- поезжайте взглянуть на американские Кустанаи…»

Оптимистом был писатель В.Л.Дедлов. К концу столетия город действительно добился многого. Вполне понятно настроение корреспондента «Волжского Вестника», с некоторой долей удивления писавшего в начале 90-х годов о ранее никому не ведомом городе на Тоболе: «город этот – создание мужиков – лапотников; их замечательная энергия и предприимчивость в короткое время создали бойкий торговый поселок там, где прежде была дикая первобытная глушь, буквально не тронутая рукою человека. Нищими оборванцами являлись туда переселенцы из самых разнообразных частей Империи, и буквально только трудом создали каменные дома, лавки, магазины, церкви, училища, словом, создали благоустроенный город, разом ставший значительно выше десятков других городов не только Азиатской, но и Европейской России» [39;с.243].

Думается, приведенных свидетельств достаточно , чтобы подвести к выводу о том, что Кустанай вполне приобрел право заменить в своем официальном названии слово «поселение» на слово «город». Власти были такого же мнения.

А раз так, то правительственным распоряжением согласно 9-й и 49-й статей «Степного положения» 1 октября 1893г. «поселение Кустанай» возводится на «степень уездного города, с наименованием Николаевский» [4;с.250]. Вспомним, подобное название когда-то предназначалось несостоявшемуся поселению на урочище Урдабай.

Новое наименование молодого города оказалось явно неудачным в силу распространенности в империи, что создавало ряд неудобств, прежде всего для почтового ведомства. Его часто путали с Николаевском-Херсонским, Николаевском в Самарской губернии, Николаевском-на Амуре. По свидетельству одного из тогдашних газетных репортеров, частыми были случаи «ассигнования кредитов на Амурскую Казенную палату в предположении, что ассигнования требуются для Николаевска-на Амуре, были засылки служебной и частной корреспонденции в оба другие города и часто встречались затруднения при подаче телеграмм в тех случаях, когда к слову Николаевск не было прибавлено «Тургайский»» [12; №11].

Принимая во внимание данную ситуацию и уступая просьбам тургайской администрации, император Николай П «по всеподданнейшему докладу» министра внутренних дел И.Н.Дурново «в 8 день февраля сего 1895г., Высочайше соизволил на присвоение городу Николаевску, Тургайской области, прежнего названия этого поселения – Кустанай и, вместе с тем, на переименование Николаевского уезда упомянутой области в Кустанайский уезд…» [40;л.1]. Этим указом императора завершалась 26-летняя история Николаевского уезда и более чем 16-месячное наименование города Николаевском.

Чтобы окончательно создать впечатление о статусном уровне Кустаная, обратимся к свидетельству И.И.Крафта (1898 г.): «… число домов - 1548.., 1 собор и 3 церкви, в том числе одна при школе; женская монашеская община; приемный покой и 1 аптека; детский приют; общество попечения на начальном образовании; почтово-телеграфная контора; женская русско-киргизская прогимназия; городское двухклассное училище; 3 одноклассных училища; 4 церковно-приходских школы, в том числе одна второклассная; женские русское и русско-киргизское училища; двухклассное русско-киргизское училище и педагогический класс при нем; смешанные школы грамоты» [4; с.250-251].

Перенесение в Кустанай в свое время уездной администрации и особенно предоставление статуса города значительно способствовало его благоустройству. Подчеркнем при этом, что в немалой степени развитие города тех лет обязано энергии военного губернатора Якова Федоровича Барабаша и отдадим ему должное.

Закончился этап становления города, начинался энергично-наступательный период, позволивший Кустанаю стать одним из самых перспективных центров Степного края. Это уже будет новая страница истории…